Последняя партия

– Дети и взрослые здесь играют бесплатно. И, естественно, парк это не устраивает. Денег с нас не взять, а электричество мы якобы потребляем. Но это ещё полбеды. А теперь вообще назревает такая ситуация, в которой нас отсюда могут «попросить». 

За весь разговор он ни разу не сказал «выгнать» или «прогнать». В таких людях сразу узнаёшь интеллигенцию – манеры выдают. Знакомьтесь, это Геннадий Семёнович. Самый инициативный, как он сказал, член шахматного клуба в Центральном парке Ставрополя. 

Синий павильон с белой тканевой крышей, где выцветшими буквами значится «Шахматный клуб», видели многие. Порой на это место нельзя взглянуть без нотки умиления: сидят себе дедушки на свежем воздухе, играют в шахматы и курят условный «Беломорканал». Тишь и благодать в сравнении с полудюжиной кафе и их вечно орущим в них шансоном. Своего рода заповедник.


Добро пожаловать, только не забудьте куртку

Завсегдатаи этого места не называют его клубом. 

– Палатка, – с сожалением в голосе говорит Геннадий Семёнович. – Клуб, это когда тепло, уютно. А у нас стены из пластика, зазоры по два сантиметра. 
Пытались утеплить пенопластом, но чуть ветер, и он разлетается во все стороны. Крыши над головой у нас тоже нет. Купол вот этот висит над стеной, поэтому зимой тут разве что не сугробы. Мужики пытались утеплить, приносили канистры из-под машинного масла, но и между ними ветер проходит. 


Об отоплении речи не идёт. Зимой здесь можно застать мужчин в старых женских шубах, рабочих спецовках, кто-то даже в своём армейском бушлате. Приносят из дома кто что может и греются чаем из термоса.

– Вот ещё у нас проблема, – Геннадий Семёнович пинает ногой два огромных свёрнутых паласа в углу помещения. – Это не наши. Парковые. Но почему-то они решили, что храниться всё это должно у нас. На этих коврах занимаются танцевальные группы, потом их, не чистя и не стирая, складируют здесь. А смрад от них такой, что глаза вылазят. Сколько раз просили нам их не оставлять, всё без толку. Однажды решил я пойти на демарш. Взял, да и выкинул их на улицу перед уходом. А утром – картина маслом. Просверленный замок и снова они тут валяются, прямо посередине. 


А куда нам бежать?

В советское время никто и подумать не мог, что играть придётся в павильоне, дрожа от малейшего сквозняка. В начале восьмидесятых для любителей «королевской игры» было всё, чего только можно пожелать: своё помещение, почти два десятка хороших игральных столов – платишь рубль, и на весь день стол твой. Летняя площадка, даже бильярд с теннисом, и те были. 

Но сейчас там картодром, а любителям королев и ферзей отдали малюсенький угол, где они ютятся уже второй десяток лет. 

– Дальше идти некуда. Отберут это помещение – считай, всё отобрали. 


Многие люди здесь знакомы только по клубу, и собраться такой же компанией – постоянных игроков здесь больше трёх десятков – для пенсионеров практически невозможно. 

– Хоть доски в подвал неси, – грустно заключает кто-то из игроков, на мгновение отвлёкшись от партии.

Большинству здесь за семьдесят. Пенсии низкие, работу уже не найти, а значит, хоть какой-то копейкой клубу не поможешь. Самым лучшим исходом было бы найти спонсора. Такого, кто бы действительно заинтересовался развитием шахмат в Ставрополе. Ведь многого не надо – помещение с теплом и уверенностью, что завтра не «попросят». 


Одна надежда – молодёжь

Юные игроки здесь – всегда почётные гости. Частенько забегает пара-тройка школьников с вопросом: «А можно мы у вас поиграем?» 

– И ведь не откажешь, – улыбается Геннадий Семёнович. – Только столы выносите сами и играйте, сколько влезет. 

«А у вас бесплатно?» – Удивлённо спрашивают они всегда. Бесплатно. Но толку-то?

– Самое интересное, большинство детишек действительно очень сильны. Мы им в клубе помогаем, разбираем разные этюды, разучиваем стратегии. Им нравится, а нам что, нам приятно не меньше. Самые маленькие, что сюда приходят, это второклассники. Бывает, придут, шумят, суетятся, а как за доску сядут – так тишина. Глаза такие умные, за каждым твоим ходом следят и потихоньку свои просчитывают. Мы всеми силами стараемся им помогать. Ставим в пары с сильными игроками, рассказываем, что умеем сами. Но деткам тоже нелегко бывает – ковры эти, будь они неладны, зимой и осенью очень холодно. Нам и стыдно даже, детишки к знаниям тянутся, после уроков приходят, а потом с температурой лежат. 


Геннадий Семёнович и сам в шахматах с детства. В двенадцать лет он, ещё пионером, научился играть в «Артеке». Первое время играл сам с собой, заучивал ходы и комбинации, а потом это стало увлечением всей жизни. И вот спустя 60 лет он снова не расстаётся с доской. Не проходит и дня, чтобы он не сыграл одну-две партии. 

– Мы очень надеемся на молодёжь, – говорит он. – Ведь мы, – он с грустью возвращается к началу разговора, – не просто место, где ещё можно в приятном кругу поиграть в шахматы. Мы – последние…

На сегодняшний день обстановка в клубе на грани военного положения. Но сражения будут происходить не на доске с деревянными фигурами. А с безразличием людей, холодом и отсутствием перспектив. Сейчас клубу как никогда нужна поддержка города. В первую очередь, разумеется, финансовая. Чтобы сделать павильон хотя бы герметичным и пустить по нему отопление. В идеале, конечно, нормальное помещение. 


Странно, почему парк не занимается этим сам. Ведь клуб – не просто точка на карте, это место, где собираются и проводят досуг живые люди. Если есть утеплённые кафе и современные аттракционы, почему же маленький шахматный клуб дирекция парка обходит своим вниманием? Потому что прибыли не приносят?

Пока же старикам-шахматистам приходится бороться, говоря шахматным языком «белой фигурой». Ведь, как известно, белые ходят первыми. 

Дмитрий Князев.

Желтая лента

Loading...
Банка солений а трассе, апрель 2018

Загадка таинственной банки огурцов на американском автобане

Англия сняла издевательский фильм про Россию

Англия сняла издевательский фильм про Россию

Комментарии (0)

    240x400